В этой статье мне бы хотелось показать, как для смены убеждений можно использовать подходы из метамодели.
Метамодель и фокусы языка
Паттерны метамодели описывают нарушения правильности метамодели языка. А получаются эти самые нарушения в процессе «познания мира» при помощи трёх основных способов работы с информацией: искажения, обобщения и опущения.
При обобщении мы расширяем опыт на другие контексты — по опыту наблюдения за несколькими людьми делаем выводы о том, как ведут себя люди «вообще»: «Все люди врут».
При опущении происходит исключение какой‑то информации, например субъекта или объекта действия: «Окно разбили».
А при искажении (в данном случае) мы преобразуем структуру — строим связи между событиями: «Депрессия приводит к пьянству».
С одной стороны это позволяет обработать информацию и привести её в удобоваримую форму, с другой — часть информации при этом теряется. Вот метамодель как раз и описывает, как проверить правильность структуры: для обобщения — проверить правильность установленных границ, для опущения — восстановить утерянную информацию.
Для восстановления опущений обычно задаются два основных вопроса:
– Кто что с кем/чем сделал? — для восстановления потерянных субъекта и/или объекта действия.
– Как конкретно? — для уточнения информации.
Для выхода за границы и проверки обобщения можно либо проверить правильность обобщения:
– Что действительно все/всегда/везде?
Либо выяснить последствия выхода за границы:
– Что будет, если ты это сделаешь/не сделаешь?
Для восстановления структуры (исправления искажений) мы выясняем, на основе чего человек сделал этот вывод:
– А с чего ты это взял?
– Каким образом…?
Либо просто предлагаем «восстановленный» вариант, как с номинализациями: любовь — любить, разговор — разговаривать.
Но убеждения точно так же образовались при помощи обобщений, искажений и опущений.
Так что «фокусы языка» вполне можно рассматривать как расширение метамодели. Собственно, исходя из этой идеи и была предложена модель «Фокусы языка в виде кругов Эйлера».
Соответственно, метамодельные вопросы вполне можно использовать для раскручивания убеждений.
«Фокусы языка» — красивый термин, но от него трудно образовать приличный глагол: «фокусничать языком» как‑то звучит не совсем хорошо. А вот «раскручивание» убеждения выглядит намного лучше, так что как глагол я буду далее использовать его.
Подход будет несколько отличаться от «фокусов языка», которые суют клиента носом в противоречие и вызывают разрыв шаблона. Метамодельные вопросы предлагают клиенту самому проверить правильность суждения, что с одной стороны действует более мягко, а с другой часто вызывает больше доверия у клиента, так как он как бы сам приходит к нужным выводам.
Итак. Большинство метамодельных вопросов вполне эффективно можно использовать для раскручивания убеждений. Отличие от паттернов Дилтса в том, что их можно применять практически к любому типу убеждений, а вот паттерны метамодели очень сильно зависят от типа убеждения. При этом часть паттернов метамодели практически описывают структуру убеждений и вопросы, при помощи которых с такими нарушениями правильности метамодели языка, как убеждения, можно бороться. Да, я про паттерны, относящиеся к восстановлению структуры: «причина — следствие» и «комплексный эквивалент».
Напоминаю, что убеждения как раз и делятся на три группы: убеждения о причинно‑следственных связях, убеждения о комплексном эквиваленте и убеждения об отнесении к категории.
Убеждения первого типа, как ясно из названия, описывают причинно‑следственные связи: «Для успеха нужно много работать», «Будешь много пить — станешь алкоголиком», «Только самоконтроль поможет тебе стать самодостаточным».
Второй тип описывает сопоставление (эквивалентность): «Любовь — это красота», «Ты не звонил мне всю неделю — ты меня не любишь», «Если есть хорошая семья и любимая работа — это счастье».
Восстановление структуры
При восстановлении структуры мы помогаем клиенту самому проверить правильность установленных соответствий.
Причина — следствие
Здесь стандартный метамодельный вопрос:
– Каким образом X вызывает Y?
😡: — Для успеха нужно много работать.
🧐: — Каким образом большое количество работы приводит к успеху?
😡: — Лень — причина ожирения.
🧐: — Как именно лень вызывает ожирение?
Комплексный эквивалент
– Каким образом X означает Y?
😡: — Человек, который не может делать простейшие вещи, — идиот.
Тут пример убеждения, в котором происходит «любимое» многими смешение нейрологических уровней, вроде: «Если ты не сможешь решить эту простейшую задачку — ты идиот».
🧐: — Каким образом то, что человек не умеет что‑то делать, означает его идиотизм?
😡: — Он не сделал мне подарок на день рождения — он меня не любит.
🧐: — Как его подарки связаны с его любовью к тебе?
Выход за границы
Восстановление структуры — не единственный подход для раскручивания убеждений. Проверка и пересечение границ возможного — реакция на обобщения — работает тоже весьма неплохо.
Кванторы всеобщности
все, всегда, вечно, никогда, везде, никто, каждый.
Кванторы всеобщности регулярно встречаются в убеждениях: «Никто тебе не поможет», «Каждый думает только о себе», «Ты никогда не будешь счастлива» и другие бодрые утверждения. Здесь мы ищем противоречие с опытом (практически получается «противоположный пример», только в варианте, когда клиент сам ищет отличия).
😡: — Меня никто не любит.
🧐: — Что, абсолютно никто? Даже совсем чуть‑чуть?
😡: — Каждый думает только о себе.
🧐: — У вас ни разу не возникало даже малейшей мысли о ком‑то другом?
Модальные операторы невозможности и необходимости
не могу, невозможно, нельзя, необходимо, следует, должен, обязан.
Модальность границ (которая в речи как раз и описывается модальными операторами невозможности и необходимости) регулярно встречается в убеждениях, особенно в ограничивающих: «Никто не может быть счастлив по‑настоящему», «Я должен много работать», «Нельзя думать только о себе».
Подходящий метамодельный вопрос: «Что будет, если ты это сделаешь?»
Работает с убеждениями всё это довольно просто. В большинстве случаев убеждения о долженствовании/невозможности — это убеждения о причинах и следствиях. С потерянным следствием или причиной.
😡: — Я должен много работать [чтобы стать успешным].
😡: — Нельзя думать только о себе [а то тебе никто не поможет].
😡: — Необходимо заниматься спортом [чтобы быть здоровым].
Вопрос позволяет человеку восстановить потерянный кусок и оценить важность последствий. И сделать выбор.
😡: — Я не могу меняться так быстро!
🧐: — Что будет, если ты всё-таки изменишься быстро?
😡: — Я должен быть внимательным.
🧐: — Что такого произойдёт, если ты будешь чуточку невнимателен?
Восстановление информации
Неконкретные глаголы, существительные и местоимения. Номинализации
Вопросы:
– Кто что с чем сделал?
– Кто/что конкретно?
– Как именно?
Номинализации перед этим желательно восстановить до глагола: любовь — любить, разговор — разговаривать, болезнь — болеть.
😡: — Я потеряла любовь.
🧐: — Кто кого любил? И что именно произошло?
😡: — Я не нравлюсь мужчинам.
🧐: — Каким именно мужчинам?
Утерянный перформатив
В утерянном перформативе нам нужно найти автора суждения.
– Кто это определил?
😡: — Учёные установили, что кофе вреден.
🧐: — Какие именно учёные это установили?
😡: — Известно, что Иванов — неудачник.
🧐: — Кто и почему так решил?
Вместо заключения
По опыту, использование метамодельных вопросов при работе с убеждениями может быть вполне эффективно. Не всем нравится состояние разрыва шаблона при использовании «фокусов языка». А метамодельные вопросы, заданные с невербаликой интереса и внимания, с плавным подведением к «правильному» выводу и самостоятельным поиском клиентом недостающей информации воспринимаются намного мягче, хотя они и не столь эффектны.